@Коломбина
абсолютная кошка
Эпистолярное (Гюрза)
================================================
1.

Когда к бумаге время подойдёт,
пускай летит в железный синий ящик
с почтмейстерским гербом своим. Так вот,
тебе – пишу о нашем настоящем:
о том, что время вырвалось из пут
и мчится прочь – до красного смещенья,
и если наши дни ещё идут,
то по причине полного смущенья
от неосуществимости любви.
И все слова мешаются в загоне,
лавируют, как люди на перроне,
и не даются, как их не лови.

2.

Величина, похожая на дом,
темна и ждёт разбухшего рассвета.
Окно почти что сдавлено вьюном
и диким виноградом. От сюжета
любовного осталась лишь постель,
фотоальбомов выжатых обложки.
Наверно, есть на свете Коктебель,
есть остров Крым, но нет туда дорожки.
Прожилками застыли облака,
похожие на мраморное мясо.
Сереет ночь и влажная терраса
для одного – безмерно велика.

3.

Иглой пера бумагу исколов,
нащупываю: где ты, vita nova?
И не хватает воздуха и слов. Когда же сны приходят, то мне снова
всё мнишься ты и осторожный лес,
рассыпанный на жёлтые осколки,
но я во сне не узнаю тех мест,
где живы мы. На прикроватной полке
дремотствуют седые словари,
болванчик так же, головой качая,
ждёт то ли сигарету, то ли чая,
но некому промолвить: «завари»...

4.

Холодный день, горячая мигрень.
Забьюсь под плед, под замершие тени.
Не будет полдня. Время, как шагрень,
скукожилось, и нет ему замены.
Рассыпан мир и некому связать
в единое запутанные нити.
Осталось только строки выдыхать
письма, как в утешительной молитве.
Пишу неутолённые слова,
а жизнь идет, проста и одинока.
Тоска черна и острая осока
прощальных писем теплится едва.